Афоризмы о короле Людовике XI: о его жизни и о его управлении Францией и Европой

 

Начато: среда, 12 декабря 2012 г. 11:30:27

 

 

 

 

 

 

«Intelligenti pauca»

Для понимающего достаточно и немногого

 

«Sine ira et stidio»

Без гнева и пристрастия

 

Suum cuique

Каждому свое, каждому по заслугам (одно из положений римского права)

 

 

«Benefacta male locata malefacta arbitror»

 

Благодеяния, оказанные недостойному, я считаю злодеяниями

 

   

 

***

 «Будете ли вместе со мною плакать о несчастных, мучениках, обо всех погибших детях, все равно, о тех, кто которые находятся внизу, как и о тех, которые наверху?»

 Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.28.

 ***

«Я готов плакать  с вами о детях сильных мира сего, если вы будете плакать со мной о детях из народа!»

 Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.28.

***

«Я жалею, сударь, Марию-Антуанетту, эрцгерцогиню и королеву, но мне жаль также и ту  женщину-гугенотку, которую в 1685 году во время царствования Людовика великого, привязали обнаженною до пояса к столбу; на известном расстоянии от нее держали ее грудного голодного ребенка; малютка, проголодавшись и видя грудь матери, пронзительно кричал, а палач говорил: «Отрекайся!» Женщине-матери-кормилице было представлено одно из двух: или голодная смерть ребенка, или смерть совести. Что вы скажете  об этих муках Тантала, примененных к матери ? »

 Виктор Гюго. Отверженные, 1936. –  Стр.30.

 ***

«Гражданин эпископ, я провел жизнь в размышлении, в изучении наук и в созерцании. …когда родина призвала меня и приказала мне принять участие в ее делах. Я повиновался. Встречая злоупотребления, я боролся с ними, встречая тиранию, я разрушал ее.  Территория была захвачена – я защищал ее. Франция была в опасности – я подставлял свою грудь… Я был одним из властителей государства…Я поддерживал угнетенных и облегчал страждущих. Я всегда помогал человечеству идти по пути  к свету. Я исполнял свой долг по мере сил моих, и делал добро, сколько мог. После всего этого меня прогнали, преследовали, очернили, насмеялись надо мной, надругались, прокляли и выслали. В продолжении многих лет, с поседевшими уже волосами, я знал, что есть люди, которые считают себя в праве презирать меня, что я для бедной, невежественной толпы лицо проклятое, и живущее в одиночестве, созданном ненавистью…»

 Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.31-32.

 ***

«Последние годы жизни Карла VII отравлены были его распрею с сыном Людвигом, будущим одиннадцатым.  Это был один из самых замечательнейших представителей той эпохи, именно ее отрицательного – беспокойного, тревожного характера. В 1440 г. он участвовал в мятеже военачальников против  отца; через несколько лет он уходит с военными отрядами, не вошедшими в  число жандармов, в Швейцарию, вмешивается в распри швейцарцев между собою и, может быть, бессознательно оказывает этим большую услугу своему государству: он потерял здесь все войска свои, и Франция избавилась от беспокойных и мятежных шаек…»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) 

– Москва: Наука, 1986. – С.16.

 ***

« … Несколько лет потом провел он в своем уделе, в Дофине, и здесь вполне обозначились черты будущего правителя. Он произвел множество фамилий в дворянство, чем оскорбил старые дворянские роды; эти новые дворяне назывались les nobles du dauphin…»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) 

– Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

«…Но и отсюда тревожил он отца; избегая зато строгих мер его, он бежал ко двору Филиппа Доброго Бургундского, где и пробыл до смерти своего отца… »

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

 «…Можно составить  себе понятие о том, на какие поступки Карл считал его способным, из того, что Карл, по уверениям некоторых, умер от голода: он отказывался принимать пищу, опасаясь отравы от сына. Людвиг жил, по-видимому, беззаботно у герцога Бургундского, был другом его сына Карла Смелого, участвовал в забавах его молодости и с людьми своего общества писал непристойные сказки  {дошедшие до нас под заглавием: les cent nouvelles}» .

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

«…В 61 г. умер Карл VII, Людвиг отправился в Париж, сопровождаемый целым войском под предводительством герцога Филиппа Бургундского. Еще по дороге он отставил всех министров своего отца и объявил, что по прибытии произведет следствие над ними; большая часть из них бежала…»

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) 

– Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Мы имеем о Людвиге XI значительное собрание источников. Первое место занимают здесь записки Филиппа де Комминя. Это был бургундский дворянин, служивший сначала Карлу Смелому, потом перешедший к Людвигу и игравший потом важную роль в совете короля : это был ум проницательный, без теплоты чувств и без верований, но замечательный  политический мыслитель. Французские некоторые писатели сравниваю его с Тацитом, но между ними нет ничего общего, кроме внешних аналогий – рассказа  о жестоких правителях. Это не мешает , однако, Комминю быть великим историком, и всякий, кто хочет ближе познакомиться ближе с тем веком, должен непременно читать Комминя… »

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.17.

 ***

 «…Парижских граждан при въезде короля поразила страшная противоположность между герцогом  Бургундским и королем. Первый въехал в город, как настоящий феодальный  властитель, великолепно одетый, окруженный блестящим рыцарством. Людвиг был небольшого роста, худощавый, одетый в платье среднего сословия…»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) 

– Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Может быть, эта самая простота и привлекла к  нему сердца городского народонаселения. Между тем как Филипп давал рыцарские праздники, Людвиг знакомился с добрыми горожанами, крестил у них и особенно успешно действовал на женщин, удивлявшихся дотоле невиданной простоте короля.

Это был король среднего сословия с его ненавистью  к феодализму…»

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) 

– Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Говорят, что на один турнир Филиппа Людвиг смотрел из окошек своего дворца и особенно забавлялся следующим: незнакомый рыцарь явился на турнир и страшно избивал рыцарей; говорят, что это был мясник, подосланный королем…»

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.17-18.

 ***

«…Когда обнаружились планы Людвига XI, клонившиеся явно к уничтожению феодальной аристократии и возвышению королевской власти, в 1465 г. образовался известный союз ради общественного блага, принявший громкое название. Пышное название, которым были прикрыты цели вождей феодализма. Во главе союза стали герцоги Бретанский, Бургундский и Калабрийский из дома Анжу…»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.19.

***

«…У нас есть неоспоримые доказательства, что король поджигал Люттих против Карла. Но Карл успел с ним управиться, взял заложников (при  Brusthem’e), заставил исполнить свои веления. Тогда Людвиг, продолжая возмущать Люттих, предложил договор Карлу, убеждая съехаться в городе Peronne на границах Артуа.  Это было самое замечательное и известное свидание. Когда король приехал в Перонну, он надеялся склонить Карла, над которым лично всегда имел влияние, к отсрочке, а между тем в Люттихе готов был возникнуть мятеж  вследствие  переговоров Людвига.»

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.20.

***

«…На другой день после приезда в Перонну. Карл узнал о новом страшном восстании в Люттихе (Люттихцы убили его чиновников, выгнали архиерея и подняли знамя бунта: они ждали помощи Людвига – Примечание Т.Н.Грановского). В первом порыве негодования Карл велел взять под стражу короля; его спасли обещаниями и подкупами; он [Людвиг] подкупил Филиппа де Комминя, сановника Карлова; тот сам об этом говорит: «При этом деле я имел случай оказать услугу королю, за что он был мне признателен». Но Людвиг, спасший жизнь свою, не спас чести. Он должен был согласиться на уступки более постыдные, чем прежние. Брату он отдал Шампанью, имевшую великую важность, ибо она соединяла бургундские земли между собой, Карл Шампанский всегда оттуда мог сносится с Бургнудией…разрозненные земли бургундские посредством Шампаньи слиться в одну массу. »

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.21.

***

«…Потом герцог Бургундский заставил короля идти в своей свите к Люттиху. Жители города, увидав французское знамя в лагере бургундском, сначала испустили крики радости, но после увидели, в чем дело. Город защищался отчаянно: в одной ночной вылазке едва не попались в плен Людвиг и Карл, Людвиг показал здесь очень много усердия и действовал весьма храбро; ему хотелось хоть чем-либо поскорее вырваться из своего положения. Город взятый подвергся страшной участи; сотнями, тысячами казнили жителей и бросали в реку. Это случилось в 1467 году . »

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.21.

***

«Людвиг воротился домой. По возвращению он нашел явные доказательства, что все его намерения наперед сообщались Карлу и главным орудием измены был кардинал Ла Балю, которого Людвиг вывел из ничтожества и которому поручал главные дела свои. Людвиг велел судить его светским судом и запер в железную клетку, изобретенную самим кардиналом, в которой нельзя было ни лежать, ни стоять во весь рост.  Филипп де Комминь описал подробно этого рода клетки, которые он также отведал по его выражению. 

Людвига характеризует песня, которую он напевал,  ходя подле клетки кардинала:

«La cardinal de la Balue

Fait le pied de grue»*»

(*Перевод с фр. «Кардинал Ла Балю ходит журавлем»)

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.21.

***

В 1472 г. Карл Гиенский  скоропостижно умер, съевши персик, данный ему одним монахом бенедиктинским. Есть мнение, причины, заставляющие думать, что это было сделано братом, потому что главный  советник Карла – Лекке объявил торжественно, что виною смерти герцога – король французский, и взял под стражу монаха, подавшего персик; но тогда случилось странное  событие: дьявол унес монаха из темницы. Конечно, современники догадывались, кто был этот дьявол. Земли Карла присоединились к владениям Людвига. »

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.22.

***

«Одной из первых жертв Людвига сделался коннетабль Сен-Поль, один из первых, главных баронов Франции, представитель тогдашнего феодального сословия в Европе. Владения его лежали на границах Бургундии и Франции. Это давало ему возможность выбирать себе господина сообразно со своими минутными расчетами. Во все царствование Людвига он играл эту двусмысленную роль; войско бургундское не раз находилось под его предводительством, и в то же время он был коннетабль Франции. Это был человек необычайно честолюбивый и хитрый; между обоими государями он занимал какое-то среднее место, не объявляя себя никому решительным врагом, всегда уступая обстоятельствам. Следующие подробности из Комминя покажут, к каким средствам против него прибегал Людвиг, давно ненавидевший коннетабля; он вступил с ним в самые тесные отношения в 1475 г., в эпоху похода англичан во Францию послал к нему своих поверенных. Сен-Поль в это время продавал Бургундского герцога. Благодаря ему Людвиг знал все, что делалось в бургундском лагере. Тогда Людвиг пригласил бургундского посла, принял его за ширмами и призвал Сен-Поля, которого заставил высказать свои мнения и даже смеяться над Карлом. Он знал, что эти насмешливые слова повредят ему более чем измена. Результатом этого была выдача коннетабля Карлу ; суд был короток. С.-Поль был казнен. Верный своему правилу, Людвиг напевал песенку в день смерти Сен-Поля…»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция  5 - 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.23.

***

«На юге между тем существовала могущественная фамилия Арманьяков; они носили громкое имя и распо [лагали] большим влиянием. Главою их были герцог Немурский и граф  Арманьяк. Последний был нежданно осажден в своем городе и принужден сдаться; ему были сделаны всякого рода обещания, но на другой день сдачи он был убит. Чрез несколько дней были убиты его жена и дети. Герцог Немурский в свою очередь был взят под стражу.»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.22.

***

«Герцог Немурский умирает на плахе.  Конечно, он был изменник, но измена была прощена ему давно. Казнь эта произвела сильное впечатление на всех; герцог Немурский был друг Людвига: главной уликой его было дружеское письмо к Людвигу, в котором он говорит о своих прежних восстаниях. Самая казнь совершилась с страшными обстоятельствами: под эшафотом стояли малолетние дети герцога Немурского,  так что на них капала кровь казненного отца.»

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция  5 - 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.25-26.

 ***

«…Одним словом, во Франции не осталось головы, которая бы крепко держалась на плечах, как говорил сам Людвиг. Он писал к одному близкому ему человеку – Андрэ : «Милый Андрэ, держи голову обеими руками»»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция  5 - 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С. 26.

***

«Эдуард IV явился в сопровождении многочисленного блестящего войска; англичане думали, что снова им предстоят прежние надежды. Это был цвет народонаселения, богатые мызники, часть конницы, все дворянство Англии. Но Людвиг XI не похож был на предшественников: он уклонялся от битвы и вел переговоры, а между тем он подкупил всех близких людей к Эдуарду и, наконец, подкупил самого Эдуарда; разрушая все средневековые идеалы, он не дорожил и честью. Он открыто отказывался от титула короля Франции, лишь бы оставили ему власть, и в переписке называл себя принцем, а Эдуарда королем Франции. Всем министрам его дал он значительные суммы и взял с них расписки. Назначив свидание с Эдуардом, Людвиг XI звал его в гости в Париж, где обещал ему много хорош[еньк]их женщин. По заключению мира, он усиленно предлагал Эдуарду ехать праздновать его в Париж, но когда тот согласился, Людвиг, боясь, чтобы Париж не слишком понравился Эдуарду, так же усиленно уговаривал его остаться.»

Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция  5 - 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.23.

***

«В начале 77 года он (Карл Смелый) осадил город Нанси, отнятый у него герцогом Лотарингским и при осаде был в третий раз разбит швейцарцами и сам был убит. Был ли он убит врагами своими или изменниками, окружавшими его, этот вопрос остается нерешенным; много есть причин думать, что итальянский кондотьер Кампобассо содействовал не только поражению, но и смерти Карла, ибо получил огромную сумму от Людвига.»

 Т.Н.Грановский -  русский историк - медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики. 

Лекция  5 - 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.25

*** 

«….Надо правду называть правдой, ложь – ложью и преступление - преступлением»

 Генерал А.И.Деникин, 

из книги Марина Деникина. Генерал Деникин. Воспоминания дочери. – Москва,  2005. - С.299. 

 ***

«Он (Людовик XI ) родился как бы и королевским сыном, и не совсем, потому что большую часть его жизни вот этот дофин Жанны Карл, или Карл Седьмой, провел совсем не по-королевски.  Он назывался «Буржский король», презрительно. Англичане очень поддерживали это, и внутренние враги во Франции. Ну, какой король, если по договору в Труа 1420-го года он был лишен всяких наследственных прав, и мать даже объявила его незаконнорожденным? Ну, какой он дофин? Поэтому рождается-то мальчик, когда его отец Карл Седьмой, которому 20 лет, всего 1 год назад коронован, коронован своими сторонниками в Пуатье, незаконно…

В 1422-м он коронован своим окружением, и потому в глазах любого недруга он Буржский король. А этот мальчик – Буржский наследник. То есть, это уже первая травма. Мы много с вами говорили, как вот эти детские трагедии… А вообще-то королевское детство вызывает королевские трагедии, они отражаются. Он Буржский наследник. Мать – Мария Анжуйская, которая малую роль играет в его жизни. В ничтожном, так сказать, состоянии воспитывается он при Буржском этом дворе при незаконно коронованном отце. До десяти лет почему-то его держали вдали от матери. Признаюсь, не удалось мне понять точно, почему.»

Наталия Басовская.  профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08.

***

«Сначала его отдали на воспитание, видимо, любовнице отца Катрин де Жиак, а затем главному фавориту отца, политическому фавориту, Ла Тремулю, или Ла Тремую, главному врагу Жанны, между прочим. В общем, обстановочка хороша. Затем появляется позже при дворе любовница отца, знаменитая Агнесса Сорель, которую дружный хор и современников, и потом историков называются суперкрасавицей. Историки даже любят так, по портретам: «самая красивая женщина 15-го века». Так вот, есть предание, что мальчишкой будущий Людовик Одиннадцатый, пока дофин Людовик, гонялся за ней с мечом, угрожая ее убить мечом, эту самую красивую женщину, будучи оскорбленным за свою мать.»
 

Наталия Басовская.  профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08.

***

«…Это 1429-й год, ему будет 8 лет. Но раннее детство: отец – король ненастоящий, у отца эта суперлюбовница, которую он ненавидит, оскорбляясь за свою мать – в общем, так себе детство. Для королевских семейств это не так редко, но здесь очень колоритно…»

Наталия Басовская.  профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08. 

***

«13-летнего Людовика женят на 11-летней Маргарите Шотландской. Ну, романисты, которых, кроме Вальтер Скотта, более низкого уровня было много вокруг жизни Людовика Одиннадцатого… есть романисты весьма невеликого полета, они очень любят рассуждать о том… и искать, когда же этот брак реализовался. Ну, в общем, здесь много спекуляций. Но, короче говоря, это тоже, ну, назвать семьей… ведь это тоже не назовешь. Как был одиноким мальчишкой, так и остается. А еще и какая-то 11-летняя жена… Да, у него дурацкая жизнь.»


Наталия Басовская.  профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08.

***

«Два года спустя, в 1439-м, король, теперь вполне король Карл Седьмой, который останется в истории – еще он это прозвище не получил, но получит – с прозвищем «Победитель» после завершения войны, в основном завершения…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Наш утенок-дофин.

Н. БАСОВСКАЯ: Да, бывший дофин, утенок несчастный. Он назначил своего сына Людовика, будущего Людовика Одиннадцатого, наместником в Лангедоке. Это очень хорошо. Это богатая область…»

 

 

 

 

 Наталия Басовская -  профессор РГГУ,                                         и         Алексей Венедиктов -

главный редактор радиостанции "Эхо Москвы" в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08.

***

Н. БАСОВСКАЯ: Филипп Добрый принимает дофина с широко раскрытыми объятиями («У нас общий враг»). Он его обласкал настолько, что, ну, лучше некуда. Дал ему пенсион 36 000 франков. Дофин до времени коронации больше… а до коронации осталось 5 лет. Он этого не знает, но ждет бешено. Получил прекрасный этот пенсион, он жил, не нуждался в средствах. У него рождаются дети там уже, при Бургундском дворе, но во младенчестве умирают.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Извините, Наталья Ивановна, очень смешно зафиксировано то, что сказал Карл Седьмой, узнав, что дофин убежал к Филиппу Бургундскому. Он сказал: «Мой бургундский кузен, - сказал уже больной Карл Седьмой, - принял такого лиса, который передушит всех его кур».

Н. БАСОВСКАЯ: И ведь он был совершенно прав.»

Наталия Басовская -  профессор РГГУ,  и  Алексей Венедиктов -

главный редактор радиостанции "Эхо Москвы" в передаче :

«Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08.

 ***

 Н. БАСОВСКАЯ: И, короче говоря, теперь Людовику остается одно: ждать смерти отца. Он ждал ее так истово!.. Он посадил людей вокруг Карла Седьмого, ходят разговоры, что он его отравил. Карл Седьмой боялся, что он его отравит, перестал пищу толком принимать. Есть версия, что Карл Седьмой вообще умер от голода, настолько боясь, что этот лис его отравит. И когда, наконец, появился гонец, принесший для Людовика счастливую весть – отец умер! – гонец был обласкан. Жадный Людовик дал ему денег. А когда пришло несколько чудаков в траурных одеждах выражать соболезнования…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Сыну.

 Н. БАСОВСКАЯ: … он их не принял и ускакал на охоту. То есть, моральный облик, с позиций 20-го – 21-го века, чудовищный. Но в среде королевской, в среде  абсолютизма, этой жесточайшей политической системы – нормальный.

Наталия Басовская -  профессор РГГУ, и  Алексей Венедиктов -

главный редактор радиостанции "Эхо Москвы" в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: "Эхо Москвы"  20.10.2012 18:08.

  ***

«Когда... стало ясно, что Франция не сможет избежать этого, промышленники хладнокровно рассмотрели проблему и с присущей  нашему французскому гению изворотливостью ума постарались приспособиться к новой ситуации... »

 Министр труда Коллиар, 16 апреля 1919 года.

«Débats parlamaintaires. Session ordinaire de 1919» tome unique; partie II; page 1802С.21.  3-й том ИФ. Москва: Изд-во «Наука», 1973.

***

«Из всех, кого я знал, самым мудрым человеком, способным выпутаться из беды в тяжелое время,  был наш господин – король Людовик XI, смиреннейший в своих речах и одежде и весьма настойчивый, когда ему нужно было привлечь на свою сторону полезных или опасных для него людей. Он не унывал, если с первого раза получал отказ от того или иного человека, и продолжал свои усилия, не жалея посулов и даров в виде денег или тех должностей, которые как он знал, точно того прельщали. В мирное и спокойное время, он бывало,  лишал доверия и прогонял некоторых людей, а затем, когда появлялась в них нужда, возвращал их, щедро одаряя, и пользовался их услугами,  не держа на них никакого зла за прошлое. Он был, естественно, другом людей невысокого положения и врагом всех могущественных, способных обойтись без него…»

 Ф де Коммин, Глава X .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986-стр. 34-35.).

 

***

«…если в трудную минуту он вел себя мудро, то как только чувствовал себя в полной безопасности или хотя бы получал передышку,  он начинал во вред себе уязвлять людей по мелочам, ибо с трудом переносил спокойную жизнь. Он с легкостью злословил о людях и в глаза, и за глаза, исключая лишь тех, кого побаивался, - а таких было немало, - поскольку по природе своей был довольно – таки боязливым. Но когда его болтливость приносила ему неприятности или же он опасался их  и хотел как-то поправить дело, он говорил обиженному: «Я знаю, что язык мой причиняет мне  много вреда, но он же иногда и доставляет радость. Однако я готов повиниться». Слова эти он подкреплял каким-нибудь подарком,  и дары его были щедрыми… »

 

Филипп де Коммин, Глава X .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.35.

  ***

«…Когда он  обрел силу, став королем, он поначалу помышлял лишь о мести,  но очень скоро из-за этого приключилось немало бед, и тогда к нему  пришло раскаяние …»

 Филипп де Коммин, Глава X .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.35.

 ***

«Хочу Вам привести красноречивый пример. Когда бы ни велись переговоры между англичанами и французами, благодаря уму и искусности французы всегда брали верх. И англичане говорят, как некогда они мне сказали во время переговоров с ними, что в сражении с французами они всегда или чаще всего выигрывают, а на всех переговорах проигрывают и несут убытки. И действительно, насколько я  знаю, в нашем королевстве есть такие люди, способные вести ответственные переговоры, каких нет ни в одном другом известном мне государстве, и это особенно те, кто воспитан нашим королем: ведь для подобных дел нужны люди услужливые, умеющие все стерпеть, снести любые речи ради достижения цели, и именно таких, как я говорил, он и подбирал себе…»

 Филипп де Коммин, Книга третья.  Глава VIII .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.108.

 ***

«Я немного затянул разговор о послах и о том, что за ними нужен глаз, но сделал это не без причины, ибо видел так много обмана изла, совершаемого под покровом посольств, что не могу это обойти молчанием… »

Филипп де Коммин, Книга третья.  Глава VIII .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.108.

 ***

«...вспомним хотя бы  королей вроде Людовика XI, носившего на шляпе отлитую из свинца фигурку богородицы и спокойно смотревшего на распятых на колесе, замурованных заживо...»

Томас Карлейль. Французская революция.- Москва: Мысль,1991.-С.13.

*** 

 «Злодея карают не за совершенное им злодеяние, а в назидание другим. Да убоятся они творить зло».

 Людовик XI 

***

«Я дам столько-то тому, кто принесет мне  новости.»

 Людовик XI 

 «Он необычайно красив, этот король, и безмерно любит женщин. А в Париже он может найти какую-нибудь красотку, которая его столь прельстит прекрасными речами, что ему, пожалуй, захочется вернуться…»

 Людовик XI  об английском короле Эдуарде IV.

 ***

«Глупые люди полагают, что раз наказание за злое дело не последовало тотчас же, то здесь на свете нет справедливости, а если есть, то лишь случайная.  Наказание за злое дело задерживается иногда на несколько дней, иногда на несколько столетий. Но оно так же верно, как жизнь, так же неминуемо, как смерть!»

Томас Карлейль.

***

 «Взгляните хотя бы на эти мощные каменные стены. Грязный пограничный город (Lutetia Parisiorum  или Barisiorum) покрылся мостовыми и широко раскинулся на обоих берегах Сены, заняв даже острова. Он называется теперь Парижем и иногда хвастливо именует себя новыми Афинами или даже столицей мира. Высокие древние башни мрачно хмурятся, глядя на вас из глубины тысячелетий. Воздвигнуты на вере (от нее, быть может осталась лишь память) соборы, дворцы, ну и конечно же закон и государство.»

Томас Карлейль. Французская революция.- Москва: Мысль,1991.-С.12.

***

 «Чем более низок и подл человек, тем приятнее ему бальзам лести

Томас Карлейль. Французская революция.- Москва: Мысль,1991.-С.21.

*** 

 «Первый признак порчи общественных нравов –

это исчезновение истины»

 Мишель Монтень, "Опыты" 

 ***

«Последние годы жизни Людовик провел, запершись в своем замке Плесси-де-Тур, где его днем и ночью окружали верные шотландцы. Сохранилось много преданий о мрачных застенках этого дворца. Людовик всегда получал удовольствие, наблюдая за тяжкими страданиями своих узников. К старости его жестокость еще усилилась. Впрочем, по словам Коммина, он сам страдал от страха не меньше своих врагов и фактически подверг себя добровольному заключению в стенах своего неуютного жилища. Перед смертью он впал в такую подозрительность, что не решался даже выходить во двор и ежедневно менял и переставлял с одной должности на другую всех слуг. Лишь немногие из приближенных допускались к королю. Сын его, дофин Карл, не видел отца несколько лет.»

Константин Рыжов. Все монархи мира. Западная Европа. Москва, 1999 г. http://www.hrono.ru/biograf/bio_l/ludovik11.php

***

 «Aditum nocendi perfido praestat fides»

 «Доверие, оказываемое вероломному, дает ему возможность вредить»

Сенека, «Эдип».

 ***

«В выражении лица этого человека было что-то одновременно привлекательное и отталкивающее,  в его резких чертах, ввалившихся щеках и глубоко сидящих глазах сквозили лукавство и затаенный юмор, не чуждый  и нашему юноше. И в то же время во взгляде этих впалых глаз, смотревших из-под густых, нависших черных бровей, было что-то зловещее и повелительное.»

 Вальтер Скотт. Путник/ Квентин Дорвард. – Москва ,  1980. - С.19.

 ***

«Со мной шутки плохи, а с моего товарища хватит и того, что он получил. »

 Вальтер Скотт. Путник/ Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.22.

 ***

«Я и забыл тебя предупредить о самой большой опасности, подстерегающей тебя в здешних местах:  у каждого листочка в этом лесу есть уши и каждое слово будет передано королю».

 Вальтер Скотт. Путник/ Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.22.

***

«Поживи-ка на свете да сделайся преданным, верным слугой своего государя, и ты узнаешь дружок, что в мире ничто так приятно не пахнет, как труп врага, предателя или изменника, - заметил француз.»

 Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва:,  1980. - С.32-33.

 ***

«Я не сержусь на тебя, Жаклина, ты еще слишком молода, чтобы быть вероломной и лживой, каковой, к сожалению, ты станешь со времен, как вся ваша непостоянная порода.»

 Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.42.

 ***

«Ты просто еще молод и глуп, - сказал ему дядюшка Пьер, - и так же плохо знаешь женщин, как и государей, о которых судишь вкривь и вкось, тогда как сердца их (тут он набожно перекрестился) – в руках божьих.»

Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.43.

 ***

 

«Тот старик с виду груб и суров, а язык у него острый и злой, но он великодушен и щедр. Такой человек стоит черствого и равнодушного родственника. «Лучше добрый чужой, чем свой, да чужой», как говорит наша шотландская пословица».

 

Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.69.

***

«Откровенно говоря Дюнуа, при всем моем уважении к святому таинству брака (тут он перекрестился), я  бы предпочел, чтобы Орлеанский дом дарил нам таких доблестных воинов, как ты и твой отец, людей, в чьих жилах течет кровь французских королей, не давая им прав на французский престол…»

 Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.124.

***

«Шотландская честь всегда была безупречна. На нее можно положиться, и я ей верю. Но измена!.. Измена сидит за нашим столом, искрится в наших кубках, рядится в платье наших советников, улыбается устами наших придворных, слышится в хохоте наших шутов, а чаще всего таится  под дружеской личиной примирившегося с нами врага…»

 

Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.142.

 ***

«… есть опасности, которым надо прямо смотреть в глаза. Если же ты станешь уклоняться от них – гибель становится неизбежной. Если я смело подойду к собаке, которая рычит на меня, и приласкаю ее, то десять шансов против одного, что она меня не тронет. Если же я выкажу ей свой страх, она наверняка бросится и укусит меня. Я буду с тобой откровенен: для меня очень важно, чтобы этот человек вернулся к своему сумасбродному господину, не затаив гнева против меня. Вот почему я иду на такую опасность. Я никогда не боялся рисковать своей жизнью для блага моего королевства…»

 

Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва,  1980. - С.143.

***

«Тот, кто хочет иметь успех при дворе, должен знать все ходы и закоулки, потайные  двери и западни этого замка не хуже, чем его главные ворота и парадный вход…»

Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва   1980. - С.143.

***

«Какая беда, если посланный будет убит, исполнив свое поручение? Это то же, что разбить бутылку, когда вино из нее выпито…»

 Вальтер Скотт.   Квентин Дорвард. – Москва, 1980. - С.171.

 ***

«Люди вообще настолько имеют значения и влияния, насколько нужны; а люди, подобные Грановскому, теперь нам крайне нужны. Время еще впереди, когда настанет для нас потребность в специалистах, в ученых; мы нуждаемся теперь в бескорыстных и неуклонных служителях науки, которые бы твердой рукою держали и высоко поднимали её светоч; которые, говоря нам о добре и нравственности — о человеческом достоинстве и чести, собственною жизнью подтверждали истину своих слов… Таков был Грановский — и вот отчего льются слезы о нем; вот отчего он, человек бессемейный, был окружен такой любовью и при жизни и в смерти… Заменить его теперь не может ни один человек, но сам он будет еще действовать за гробом,-- действовать долго и благотворно. Он жил недаром — он не умрет. Во всей его деятельности ничего не было такого, в чем бы не мог он громко и ясно признаться перед всеми; он сеял свои семена днем, при свете солнца, и когда они взойдут и принесут плоды — в них не будет ничего горького… Выше этой похвалы и этой награды для человека нет.

И. С. Тургенев «Два слова о Грановском»[3]

http://ru.wikipedia.org/wiki/Грановский,_Тимофей_Николаевич

***

«О Грановском можно сказать, что он уже тем был полезен, что жил, и это не будет преувеличено, а как вдумаешься в эти слова, так ведь это величайшая похвала, какую можно сказать человеку!» 

 Некрасов  Василию Боткину в октябре 1855 года после смерти Грановского

  ***

«Верность Луи сохранили в это трудное время немногие: Шарль де Мелюн,  дядя по материнской линии  Шарль дю Мен, Иоахим де Ройяль – преданный  маршал еще с дофинцев, Тристан л’Ерните – прево, Прево Анри де Ливре,   эпископ Еврё Жан де Балю (который позже станет кардиналом), два другие родственника – дядя Рене Анжуйский и младший брат Шарль Французский были  на стороне  восставших, которых поддержали практически все принцы и дворянство.

Как писал  дипломат и шпион (от дома Сфорца) в своем донесении Франческо Сфорца: «Его величеству не на кого положиться. Даже Жан де Лескун – бастард Арманьяк некогда наиболее преданный королю теперь попытался занять сторонне положение – пославшись больным. »

C.А.Горбенко "Конспект - перевод" монографии Жана Фавье. "Людовик XI", Париж, 2001.- С.   489.

***

«Жак де Бон - купец из города Тура, известный в истории под именем Самблансэ (по названию принадлежавшего ему поместья), - был сыном не менее известного Жана де Бона, который впервые упоминается в 1454 году как поставщик владетельного Ангулемского дома; спустя десять лет Жан де Бон - один из крупнейших негоциантов королевства. Его ремеслом была торговля сукнами, но он ею не ограничивался. Мы знаем, например, что он был активным участником коммерческих предприятий Людовика XI, когда в 1464 году велел построить четыре галеаса, а именно «Святого Мартина»,  « Святого Николая»,  «Святого Людовика» и  «Святую Марию», чтобы продолжить дело Жака Кёра, направившего ранее свои четыре галесас в Средиземное море. Жан де Бон из Лиона вступил в компанию с Жоффруа ле Сиврие из Монпелье, Ж. де Камбрэ из Лиона, Никола Арнулем из Парижа и Жаном Пла из Брюгге. Как мы видим, эти богатые купцы создавали крупные и уже вполне международные компании.

Жан де Бон был одним из тех, кто получал товары, доставленные из Леванта на галеасах, и пускал их в обращение. Кроме того, в 1470 году он поставил первые партии шелка-сырца на шелковые мануфактуры с итальянскими мастеровыми, которых Людовик XI вывел из-за Альп, чтобы поселить сначала в Лионе, а затем в Туре. Позднее вместе со своим зятем Жаном Брисонне он по просьбе короля отправил в Лондон пряности, парчу и шелк на 25 000 экю. Это была попытка открыть прямой доступ к английскому рынку и избавиться от посредничества Брюгге.»

Люсьен Февр. Торговец XVI столетия/ Бои за историю. - Москва:Наука, 1991.- 235.

***

«Английские вторжения, грабежи, чинимые солдатней и бандитами; позже -беспощадный деспотизм и безжалостное налоговое обложение при Людовике XI за долгие годы разорили и обезлюдили Францию. В 1470 году, даже в 1480 - всюду развалины; поля не вспаханы; деревни покинуты и сожжены; волчьи глаза светятся в зарослях колючего кустарника, а посреди разрушенных домов - пустой остов церкви с полуобвалившимися стенами, точно мертвец с отлетевшей душой...Пройдет тридцать лет, и при Людовике XII - всюду мир, богатство, изобилие, земля оделась в белый наряд домов, церквей, новых дворцов и замков. Люди повеселели. Они едят. Они смеются. Они пляшут... »

Люсьен Февр. Главные аспекты одной цивилизации/ Бои за историю. - Москва:Наука, 1991.- 299-300. 

*** 

«Осенью 1468 прошли суды над многими наследниками ланкастерских вельмож, погибших в предшествующий период войны. После следствия и суда их казнили. Для короля Англии стало очевидным, что Людовик XI ведет против Англии, и что еще более важно против него лично беспощадную борьбу, что   в какой-то мере предрекло судьбу и всей «партии мира с Францией» и его дальнейшую…»

 Штокмар, стр. 113. 

 ***

  «Людовик XI был очень доволен прибытием Уорика и решил примирить его с Маргаритой Анжуйской, жившей в то время под его покровительством во Франции. С их помощью Людовик XI замыслил создать новый (весьма парадоксальный невильско-ланкастерский альянс – союз двух бывших злейших врагов, ибо все Невили были раннее сторонниками Ричарда Йорка и насмерть сражались с Ланкастерами, сейчас когда Невили сражались против Эдуарда IV, которого традиционно люто ненавидели ланкастерские лорды), Людовик решил объединить их усилия и свалить ненавистного для него короля Эдуарда.»

 Весна- начало лета 1470 года.

 Штокмар, 115.

***

«Когда Эдуард подошел к Ноттингему, он с удивлением узнал, что войска предали его. У него осталось лишь восемьсот человек и младший брат Ричард Глостер. Захватив корабли в Линне, они вышли в море, и после многих злоключений добрались до Голландии где прибегли к покровительству Карла Смелого герцога Бургундии. »

 Штокмар, стр.115.

«Эдуард IV практически продал находившуюся у него в плену королеву Маргариту за 50 тыс. крон Людовику.»

 Штокмар, стр.118.